| Еще раз о еде... |
[Сент. 17, 2005|11:34 pm] |
Вечером (выходной, суббота) позвонила главная воспитательница из детского сада – Оделия. Разговаривала с мамкой минут сорок. Обо мне. Призналась ей, что во всей ее десятилетней практике такого оригинала, как я, ей еще не встречалось. Что, мол, во мне сочетаются жуткое упрямство, сообразительность (кажется, тоже жуткая) и неудержимое желание всеми и во всем управлять. С одной стороны, я строю всю старшую группу: выстраиваю четырехлеток в круг, и убеждаю всех танцевать. С другой стороны, ем только то, что я хочу, а вовсе не то, что едят все дети. Тяжело, говорит, им дается мое воспитание. Вот, например, всю прошлую неделю меня учили, что есть надо за столом, а не на горке... Но не в этом дело. Было бы ЧТО есть, а уж КАК – дело десятое. В этом самом ЧТО и есть загвоздка. Оделия, да и другие воспитательницы, до этого самого момента твердили моей мамуле, чтобы она не волновалась, что все дети, помещенные в отдельно взятый детский сад, начинают питаться, как положено, под влиянием стадного эффекта. «Рано или поздно – все они едят нашу еду» Так вот, из любого правила есть исключение, и в данном случае исключение – есть я! Вернее, не есть: не есть котлеты, не есть кукурузу, не есть рис и с дюжину других блюд! А есть лишь шницели и кашу! Никак меня не уговорить! Оделия даже пошла советоваться к своей маме – воспитавшей целую ораву за свою тридцатилетнею карьеру... В общем, решили меня взвесить. Для начала. Затем, на протяжении недели (а, если выживу, то – дольше) кормить меня общими пролетарскими котлетами, напрочь игнорируя мои запросы в ООН по поводу шницелей и каши. Тут главное, кто раньше моргнет: я ли соглашусь питаться в общепите, воспитательницы ли не выдержат напора моих жутких вышеперечисленных качеств приумноженных на чувство голода, мамка ли сломится в один день при виде (моего) скелета, весело скачущего в припрыжку к ней, или же собратья по детсаду, воодушевленные моими стенаниями, поднимут революцию и с тех пор мы то и дело будем жевать шницели по три раза в день перед едой... Поживем, увидим. |
|
|